January 18th, 2011

в Украину

утром уезжаем в Трускавец, поить Вову минеральной водой, кормить меня правильной домашней колбасой и мочеными яблоками.

интернет буду добывать на месте из подручных средств.

пеку курицу в дорогу, как порядочная.

набила рюкзак жевательным, ноутбук читательным.

еще у меня есть мобильный модем - до украинской границы можно пользоваться.

буду порой завтра из поезда  возникать тут, потому как аддикция имеется, чего уж)
promo laragull январь 1, 2013 03:12
Buy for 110 tokens
без обсцена без пропаганды того, чего нельзя по законам РФ пропагандировать так же следует учитывать, что из-за стиля журнала ваше промо будет отображаться при чтении жж с планшетов и телефонов, но не будет видно на персональных компьютерах.

вокзально-поездное

чемоданы на колесиках по снегу не очень едут.
надо такую модификацию - маленькие выдвижные лыжи у чемоданов - шасси убираются, а лыжи выдвигаются.

а то живем в десятиминутах от вокзала, а пользвоаться преимуществом не выходит эффективно
*
в купе вдвоем - на верхних полках никого, славабогу, не сезон.
Вова читает, в очочках, напрягается.
Я молча занавески раздвигаю, чтобы свет в купе шел.
Вова оторвавшись от книги:

- Как светло стало! Ты улыбнулась, наверное, не иначе.

ну не мими ли ми!

проводницу уговорили и простимулировали, чтобы не топила как в крематории, едем, прохладно, хорошо.
*

в вокзальном киоске календарь, на нем лист бумаги, и по лиску крупно: календарь с православным наполнением

в границах нормы

.
недоумие - это не то что скудоумие.

недоумие - это облом вблизи от цели, это куда острее и обиднее.
герой-недоумок, это всегда трагический мудак.
вызывает микс ощущений, с ноткой жалостивой брезгливости

камф ПП

Порфирий Петрович тосковал по работе. Особенная тоска приходилась обычно  на третий месяц  поисков работы.

Не то что бы ему не хватало денег – ему лично ничего не надо было, но банки изводили напоминаниями о кредитах, в магазинах все стоило денег, и даже за родную квартиру требовалось платить по  розовой квитанции, казавшейся ему издевательской из-за цвета.

Все эти неприятности питали тоску Порфирия Петровича по работе, а лучше – по настоящему делу, что увлекло бы его с головой, ради которого он готов был оставаться сверхурочно, и работать, работать…

Но, как это обычно бывало, стоило Порфирию Петровичу получить работу – стул, стол, компьютер – как тоска тут же покидала его, уступив место злостной, приставучей сонливости.

Все силы Порфирия Петровича шли на борьбу со сном на рабочем месте. Он старался взбодрить себя в социальных сетях, написать едкий фельетончик на форуме, составить рабочий договор из одних матерных слов, покурить, попить крепкого кофе  – но тщетно. Как  только он прекращал себя всем этим стимулировать к работе – сон наваливался необоримо.

Порфирий Петрович проводил всю жизнь в борьбе. В то время как кому-то всё давалось легко, словно само собой.